Одни говорят, что охота с вышки слишком проста и добыча кабана в комфорте более похожа на стрельбу в тире, нежели на охоту. Другие считают, что охота с подхода сложна в плане подготовки: нужно много ездить, разведывать места, применять навыки «тихого подхода» к кормящемуся или лежащему зверю с подветренной стороны, а на это в реалиях современной интенсивной жизни времени нет. К тому же опасность сделать подранка или допустить оплошность во время охоты с подхода гораздо выше.
Так или иначе, а осенью и зимой распространены оба вида охоты, т.к. кормовая база в охотничьих хозяйствах разная. Поля, засеянные культурами пшеницы, подсолнуха или кукурузы, в несколько раз сокращают выход зверя на подкормочные площадки, а отсутствие кормовых полей в нужном количестве (например, из-за густых и больших лесов) провоцирует кабана естественным образом выходить к искусственным кормушкам, расставленным по периметру и внутри леса охотниками и работниками охотничьих хозяйств.
В этом году в нашем регионе с численностью кабана что-то не заладилось, поэтому я и мой друг в начале ноября решили отправиться в соседнее охотхозяйство, чтобы поохотиться, а заодно испытать новые прицелы и подышать свежим воздухом. И каково же было наше удивление, когда егеря сказали, что их руководство практикует в нынешнем году в целях эксперимента и снижения подранков только охоту с вышки. Вот те на! Сейчас идеальное время для подхода к зверю на полях, которых вокруг очень много, и они недавно убраны. Но организаторы охоты нас уверили, что на поля кабан ходить перестал, и выходит он регулярно только на подкормочные к вышкам. После такого заявления настроение упало. Но что поделать! Взял рюкзачок с провизией и оборудованием, карабин с патронами и, выйдя из старой «буханки», полез на вышку.
Осмотрелся. Надо отметить, что вышка (летний, открытый вариант) была сделана просто отлично. Сразу видно: строили профессионалы. От вышки в 70 метрах была расположена кормушка, что бывает довольно редко, т.к. обычно подкормочную площадку делают максимум в 40–50 метрах, чтобы можно было охотиться с гладкоствольным оружием. Все здесь было сделано современно и под выстрел из карабина. Так, на мой взгляд, даже лучше, т.к. шум и запах от охотника на 70 и 40 метрах различаются; согласитесь: во втором случае зверю намного легче учуять охотника. Лес вокруг вышки вычищен от валежника; есть основная кормушка и, так сказать, дополнительные — несколько пятен рассыпанного по земле зерна, что очень грамотно, т.к. при выходе большого стада кабаны не толпятся, а свободно размещаются на площадке для трапезы. При этом охотнику много проще сделать выверенный выстрел по одиноко стоящему зверю, не ранив находящегося за ним другого.
Чуть было не забыл сказать, что лицензии у нас было три: на двух сеголетков и одного взрослого кабана. Сеголетки в ноябре уже набрали вес, а взрослый секач еще не обладает неприятным запахом, т.к. гон толком не начался. Конечно, мне очень хотелось «запрыгнуть в последний вагон» в этом году и добыть крупного секача, так как этот год на реальные трофеи был, мягко говоря, не очень…
Разместился. Вышка высокая, метров семь-восемь; удобная лавочка обита утеплителем, регулируется под рост охотника. Тишь стояла такая, что дух захватывало; воздух был свеж и прозрачен, от больших сосен падали густые тени. Вытащил я карабин, тепловизионный монокуляр, приготовил фонарик, термос с чаем, зарядился, измерил необходимые дистанции до прикормочной площадки и затих в ожидании своего трофея.
О чем только не передумаешь в такое время! Сидеть летом и осенью приходится долго, зверь выходит только потемну, вот и задумаешься снова о том, почему же охота с вышки не в почете у охотников. Ведь сидишь в комфорте, целиться удобно: положил на перекладину цевье — и оружие не шелохнется; караулишь зверя и за природой наблюдаешь, все детали и мелочи фиксируешь: вот мышка тащит зерно в свою норку, вот птички щебечут, не в силах отказаться от дармового угощения.
Звери лесные сами к тебе придут, ты даже не устанешь, а если и не придут, ничего страшного: в другой раз. Сидишь в тепле, спокоен; хочешь — чайку попей, хочешь — покури. Зачем нам всякие трудности? Выходы зверя на поле найди, ветер поймай, по полю раскисшему в грязи иди, иногда босиком, дождь, снег и ветер в лицо встречай — зачем? Кто придумал, что это — правильно, а с вышки — неправильно?..
Считаю, что от любой охоты можно получить удовольствие, было бы желание. Остальное — отговорки, мол, зверю шанс давать надо… Но, если хотите дать шанс, сидите дома и не ходите на охоту.
Короче говоря, понравилось мне на вышке. И вот сижу я уже два часа, стемнело, и вдруг слышу — хруст неподалеку, всего один, но явный. Азарт в такие секунды «переворачивает» все ощущения: как будто в полнейшей тишине кто-то ударяет в гонг.
И выходит взрослая лосиха с лосенком слева от меня. Красота! Они не видят и не чуют меня, а я замер и наблюдаю за ними в монокуляр. Вижу, как она насторожилась, как догнал ее лосенок, как замерли оба, как будто по команде, и ушами шевелят. Слева от меня осинник. Ясно, они пришли не на кормушку, они зерно не будут есть. Аккуратно передвигаются, почти без шума, а я все выдохнуть не могу — настолько это зрелище меня впечатляет. Вот они проходят рядом с вышкой и встают немного в стороне.
Через каких-то полчаса справа и прямо на подкормочную площадку выходят косули, да много. Они спокойно проходятся по опушке леса, мельком глянув на лосей, и продолжают грациозно двигаться вдоль деревьев. Очень скоро, как только выпадет снег и грянут морозы, им будет тяжело добывать корм. Но кормушки, на которые в хороших охотничьих хозяйствах завозятся корма (зерно и сено) в течение всей зимы, им помогут.
Справа от меня, вдалеке, раздается беспорядочный хруст веток. Это идут кабаны, их ни с кем не спутаешь, бесшумно толпой они ходить не умеют. Одиночка-секач может, но не семья. Как их свинья старшая ни охраняет, как ни фырчит на них, а при движении неопытные сеголетки сильно шумят.
Кабан — тот зверь, за которым я приехал, поэтому я аккуратно и крайне тихо готовлюсь к стрельбе, включаю прицел, замираю…
Опытная самка, или, как ее называют охотники, мамка — дама матерая. Как правило, именно она изымается из природы охотниками в последнюю очередь, т.к. ежегодно приносит потомство. Добывать самку считается неприличным, поэтому она живет в природе дольше всех, и, соответственно, она умнее и хитрее других кабанов, включая секачей.
Так вот, эта опытная мамка срисовала меня классически: ветер был со спины, то есть от меня к ней, и я, конечно, понимал, что все, кто выйдет прямо на меня, учуют мой запах. В общем, «мои клиенты» должны прийти справа и слева. Свинья практически сразу увела выбежавших с ней поросят (кстати, самый поздний выводок «пятачков» у нас зовут листопадниками), а я остался наблюдать за природой дальше, один в ночной тишине. Тут и красавица лисичка прибежала следом за кабанами. Она уже приготовились к зиме, и ее пушистый наряд эффектно смотрелся даже через тепловизор. И мыши резвятся, бегают туда-сюда, а в ожидании самой жирной среди них на дальнем дереве пристроился огромный филин…
А я все сидел в темноте на лавочке, пил чай и ждал «своих» кабанов. Как-то незаметно все затихло. Мыши перестали бегать, филин улетел, а лоси двинулись дальше ускоренным шагом. Какой-то зверь мелькнул в тепловизионную гляделку, но кто это был — не разглядеть. Могла и лисичка снова прибежать, и косули… Но хруст ветки уже в спокойной тишине все сомнения развеял. Так выходит только секач. Выходит тихо, но обязательно обозначив себя: мол, это я пришел. Глазами его еще не видно, но присутствие уже четко ощущается. Без сомнений и практически на автомате я потянулся к карабину. Руки сами собой нащупали необходимые кнопки на прицеле, предохранитель, и я сам не заметил, как уже отложил монокуляр и прилип к прицелу.
И тут слева от меня раздался вздох — протяжный, утробный. Понятно: местный лидер, самец-главарь, если хотите. Но когда он вышел примерно через 15 минут из-за деревьев, я не поверил своим глазам, даже на пару секунд осторожно посмотрел еще раз в другой прибор, потому что в прицел зверь показался мне не просто большим, а громадным. Осторожно передвигаясь, секач задирал кверху морду и постоянно вдыхал воздух, оценивая обстановку вокруг. Он двинулся вправо, и я приготовился к выстрелу.
Как и куда стрелять такого монстра? Цель — голова, шея или лопатка? Необходимо добавить, что внутри леса было несколько болот, а значит, любой промах и неверный расчет приведет к подранку, зверь обязательно «ляжет», но это произойдет не сразу, может, через сто или даже двести метров. А если секач «дойдет» в болоте, то как его оттуда доставать? Как тащить? Или, что еще хуже, как его добирать? Да он размером с автомобиль «Ока»! Я это, еще глядя в тепловизор, понял.
Он двигался слева направо и на кормушку заворачивать, по-моему, не собирался. Когда секач обходит всю поляну, делая круг, он хочет попасть под ветерок и зацепиться за запах возможной опасности. В мои планы быть учуянным не входило, поэтому решение было принято мгновенно: добывать секача безоговорочно.
Матерый кабан двигался аккуратно, делая периодические остановки, слушал, задирая голову, глубоко вдыхал лесной воздух, пытаясь уловить посторонние запахи. Я держал на прицеле его голову, но он постоянно ею мотал, а значит, выстрел в голову не вариант. Бить в лопатку я тоже рисковать не стал, оставалась шея — единственное место, которое было более или менее неподвижно. Ну что ж! Надо готовиться. Перекрестие на шее, остается только ждать удобного момента.
Секач делает шаг, останавливается. Еще два шага, и опять остановка. Нюхает. При очередной остановке, затаив дыхание, я стреляю. И у меня никаких сомнений: попадание точно туда, куда целился. Однако зверь срывается с места и убегает. Причем эта огромная туша летит через деревья и кусты с проворностью молодого зайца. Пробегает пять метров, восемь, пятнадцать и спотыкается.
Медленно делает еще два шага, вновь спотыкается и падает на бок, затем вскакивает и опять падает. Возможности выстрелить второй раз прицельно у меня нет. Я вижу, что кабан наконец завалился и затих. Все тело охватывает дрожь, эмоции зашкаливают. Я велю себе успокоиться.
Секач оказался огромным, весом за двести килограммов, с длинными красивыми клыками.
Как мы его разделывали и выносили к машине, я рассказывать не буду, скажу лишь, что четыре здоровых мужика уехали из угодий через два с половиной часа уставшие, но очень довольные.
